«Главное — занять их работой»: как люди становятся бездомными и какая помощь оказывается им в Казани

13.06.2020 09:06



В казанский приют для бездомных приходят не только они, но и пенсионеры, мамы с детьми и даже приезжие, оставшиеся без денег и документов. Почему люди остаются без крыши над головой и как они выживают в период пандемии, рассказал директор АНО «Центр социальной реабилитации и адаптации» Азат Гайнутдинов.
Азат Галимзянович, несколько лет назад вы создали в Татарстане первый приют для бывших осужденных, а теперь развиваете новый социальный проект — приют для бездомных людей. Почему решились на его создание?
Действительно, мы в свое время создали организацию для бывших осужденных, в июне будет шесть лет с момента ее регистрации в Минюсте РТ. Мы открыли Центр реабилитации и адаптации бывших заключенных, а потом эта работа расширилась. На сегодняшний день я являюсь председателем общественной наблюдательной комиссии, поэтому наша организация имеет свободный доступ во все исправительные учреждения. Мы туда заходим, отбираем ребят, реабилитировать начинаем уже в колонии. Мы начали работать с психологами и родственниками, чтобы понять, как эти люди будут вести себя на свободе. 
Я много думал — почему же люди вообще в тюрьму попадают? Первое — это бытовуха. Когда не налажены бытовые условия, человек голодный, холодный, он идет и грабит. Почему ворует? Потому что нет одежды. Мы для своих ребят сбор одежды объявили.
Нам приносили женскую, детскую одежду, но для зэков это не нужно. Мы объявили, что можем раздавать женскую и детскую одежду, увидели, что есть в этом потребность. Есть многодетные, которые находятся в трудном положении, денег нет.
Потом мы увидели, что много людей голодных. В 2017 году на «Газели» выезжали с одеждой и приготовленной пищей два раза в неделю.
Потом в центре Казани, на Бурхана Шахиди, д. 26 два года назад поставили три павильона. Начали раздавать горячий чай и еду. Готовили человек на 50, потом число желающих увеличилось до 100. Начинали с трех бытовок, сейчас у нас их 16, есть парикмахерская, баня и ночлежка. Тут мы одежду принимаем, тут же и раздаем.
Сколько времени прошло с открытия приюта, кому сейчас оказываете помощь?
С момента открытия два года прошло, работаем круглые сутки, без выходных. К нам в три утра могут прийти погреться, покушать, и в обед, и днем, и вечером. Мы думали, что работаем с бездомными, но в данный момент бездомные составляют лишь 20 процентов.
Остальные — это студенты, бабушки-пенсионерки. У бабушки пенсия маленькая: за газ заплати, лекарства купи — денег и не осталось. Она здесь может покушать кашу, бульон, плюс еще продуктовый набор дадут. Бабушки к нам как на работу ходят, нужно пальто — подберут.
У нас многодетных много, сейчас мужиков прибавилось. Мужик пошел разнорабочим куда-то работу искать, а рабочих мест нет в связи с кризисом. Тут хотя бы пришел, покушал, нужные вещи подобрал для работы. Пункты работают полным ходом. А на период пандемии — это был вообще завал.
Сколько человек вы приняли в период пандемии?
Считали: примерно до 300 человек в день кормим. Во время месяца Рамадан совместно с ДУМ РТ и «Ярдэм янэшэ» — «Помощь рядом» было роздано 17,5 тысяч ифтар-боксов для постящихся мусульман и нуждающихся. Это стало возможным благодаря усилиям неравнодушных людей, предпринимателей самых разных сфер: общепита, торговли, производства и услуг. В дальнейшем планируем масштабировать работу по всему Татарстану. Правильно поймите: если бы постящийся человек не нуждался, стоял бы он полтора часа в очереди за пловом, яблоком, апельсином, четвертинкой лепешки, фиником?
Если за едой по полтора часа стоят, значит, такая большая очередь?
Да. Целый месяц стояли, ждали. У нас накапливалось до 500 человек в очереди. Эти ролики можно в социальных сетях посмотреть, их там полно. Люди прямо под дождем стояли.
В последние десять дней Рамадана мы раздавали 1000 ланчбоксов, у нас получалось в день до 1300 порций. Я для себя много интересного увидел. Первое — пандемия объединила чиновников, бизнес и общественность. Люди просто поняли, что у нас, оказывается, еще есть нуждающиеся.
В прошлые года в майские праздники у меня половина знакомых за границу улетала отдыхать: кто в Европу, кто в Эмираты, кто в Турцию, а в этом году все здесь. И даже те люди, которые обеспеченные, увидели, что у нас есть нуждающиеся.
У нас получилось вокруг этого приюта объединить весь общепит Казани — тех, которые на вынос работали. Они все остатки нам привозили. Получилось объединить бизнес, который на плаву остался. У них немножко мозги работают — нужно быть благодарным Господу за то, что остался на плаву, что бизнес выжил. А как можно благодарить Господа? Делись десятиной. И вот люди немножко поменялись.
Я, знаете, с чем сравниваю — в годы Великой Отечественной войны люди выживали, делясь куском хлеба. И в этот тяжелый момент приезжали в приют люди, вкладывали деньги в ланчбоксы, детей привозили, вместе раздавали эту еду. Как говорят: не было бы счастья, да несчастье помогло. Это же тоже счастье, когда народ вместе, когда народ сплоченный.
Какую помощь вам еще оказывают?
Буквально пару недель назад заместитель руководителя Аппарата Президента РТ — руководитель Департамента Президента РТ по вопросам внутренней политики Терентьев Александр Михайлович собирал нас в Общественной палате РТ. Нас спрашивали: какая помощь нужна? Я говорю: «Административная помощь от вас нужна. Мы масштабироваться будем в Казани, в других городах и районах. В Челнах давайте будем открываться».
Перед пандемией у нас продукты на неделю-полторы были, чтобы кормить людей. А сейчас два месяца подряд по 500 человек в день мы спокойно можем кормить. Одежду везут, люди одеваются, это же тоже о чем-то говорит. Совхоз «Майский» предложил тонну огурцов, тонну помидоров, на «Газели» отгрузили. Колхоз зарезал корову и отдал нам. Бывший замминистра МВД по РТ Рафил Нугуманов позвонил: пенсию получил, увидел ваш ролик и 10 тысяч рублей отправил. Все это нам дух поднимает. Знаете, как я радуюсь? Крупные бизнесмены приезжают, кто финансами, кто чем может помогает.
Не побоялись добровольцы пандемии?
Когда самоизоляцию объявил у нас глава государства, я смотрю: в затишье все ушли, взяли и закрылись, карантин — значит, дома будем сидеть. Я говорю: «Хорошо, мы дома будем сидеть, а у кого дома нет, что они будут делать?» И получается, мы в Казани остались одни, у нас же церкви и мечети нуждающихся кормили, «Добрая Казань» — все ушли на самоизоляцию. Понятно, приказ главы государства, оспаривать этот вопрос нельзя.
Мы на свой страх и риск приняли решение кормить людей. Мы по три-четыре человека пускали, за стол сажали, какую-то дистанцию пытались соблюдать. Масок у нас не хватало, продуктов. Объявление сделали. Продукты нам не возили, а на карточку деньги скидывали. Мы ездили, покупали, приятно было. Эти две недели мы выстояли, и у нас народу прибавилось. Потом уже начали другие подключаться: «Добрая Казань», фонд «Ярдэм», церкви.
В период самоизоляции сколько людей у вас проживало?
В тот момент у нас примерно 20 человек было. Мы дополнительно четыре бытовки установили, потому что «Милосердие», бомж-центр, закрылся на самоизоляцию. На улице полно же людей осталось. А куда их девать? Подбрасывали к нам. Граждане звонили, у нас горячая линия работала. Мы ездили, в городе бомжей собирали и всех сюда привозили: безногих, косых, кривых. Отмывали, одевали, кормили.
Что еще создано в приюте для бездомных кроме бани и ночлежки?
Две теплицы установили недавно, будем сажать помидоры, огурцы. У нас 37 человек сейчас живут, в основном все инвалиды. Деньги будут, хотим поставить парикмахерскую. Ко Дню велосипедиста в бытовке ремонт велосипедов открыли. Начали собирать старые велосипеды, чтобы мастера, которые могут, ремонтировали. У нас есть велосипедист Ильдус Янушев, который совершил кругосветное путешествие на велосипеде.
Людям без дома нужны велосипеды?
Самое главное — этих людей занять работой. Велосипед для бездомного в летний период — средство выживания. Он на велосипеде может чистый, опрятный, помытый ездить на работу или на «шабашку» в другой район. Это же техника, это же машина, можно сказать, для них.
Кроме того, мы на премию Президента создали мобильное приложение, друзьяги.рф, сейчас его запускаем. Оно разработано для осужденных, которые в трудную жизненную ситуацию попали, без работы остались, чтобы они на нас вышли, а мы их трудоустроили. Это будет ресурс, который поможет с работой.
Вы планируете расширять деятельность в других городах республики, там тоже будут приюты для бездомных?
Как я уже говорил, бомжей у нас всего 20 процентов от общего числа нуждающихся, сейчас ведь от этого никто не застрахован. Я вам пример приведу. В прошлом году приехал на обучение менеджер известной торговой сети. У него украли сумку, телефон, карту, вообще всё. Он остался на улице. Он приехал из Москвы или из Питера. Два дня просто шарахался, пришел от безысходности в приют, ему дали телефон, чтобы сделать звонок. Мы ему тоже помогли.
Он хоть и одет хорошо, но я же ему гостиницу не сниму за 5 тысяч рублей, какой бы он хороший ни был, как бы он ни рассказывал, что он менеджер такой-то. Представьте: к вам подойдет человек и скажет: «У меня украли сумку, я такой крутой чувак из Москвы». Гостиницу ведь не снимешь без паспорта. Он пришел, поел, очень кушать хотел. Такие случаи тоже бывают.
Еще у нас был случай, когда сестры продали квартиру мужчины, а ему жилье сняли. Он месяц в съемной квартире пожил, думал, что ему купили «однушку», а его выгнали оттуда. Мужчина сейчас у нас живет. И таких знаете сколько?
В строительство вложилась женщина. Пришла со слезами на глазах, я, говорит, две недели горячего чая не пила. Бездомных профессиональных очень мало. А остальные — бабушки, которые в тяжелое положение попали. Мы планируем открыть приюты в Набережных Челнах, Нижнекамске, Зеленодольске, Бугульме. В каком-то месте ночлежка должна быть, чтобы бездомные не ночевали в подъездах. Вам ведь неприятно будет, если в вашем подъезде будет бомж жить с запахом? Мы санитары в данном вопросе. В приюте у бездомного есть возможность помыться, одежду поменять, а его грязная одежда упаковывается и утилизируется.
В Казани у нас вторая точка будет в Советском районе, в Дербышках. Сейчас ждем ответа. Там не будет ночлежки, будет только пункт кормления и одевания людей.
Какие еще нововведения в связи с таким расширением потребуются?
Так получается, что совхоз «Майский», «Нэфис» и другие крупные предприятия — все нам помогают. Я хочу запустить новый сайт, который даст возможность всем, кто жертвует свои средства, видеть, куда его деньги ушли. В Татарстане первый такой сайт будет. Одни, например, продуктами помогают, а другие пришли и говорят, что у нас сайт слабенький, не систематизированный в век интернета, обещали помочь. Я говорю: «Нет денег». А они денег не просят, они аналог «Ночлежки» делают. У нас есть такая крутая организация — «Ночлежка» в Питере. Они делают усовершенствованный аналог. Это сайт, привязанный к программе 1С, будем работать со штрих-кодами, выходим на новый уровень.
Сейчас создаю клуб бизнесменов под флагом «Ярдэм янаша», хочу всех просто объединить. Все ребята дают согласие, я обзванивал до 50 человек, осталось еще человек 15-20 обзвонить. Хотим уже собраться, чтобы нам, здоровым, крепким и амбициозным мужикам, взять на себя республику.
Сейчас мы в Казани работу масштабируем, еще пару точек откроем. Когда все прозрачно, когда люди видят, что механизм работает, тут уже предприниматели из Альметьевска, из Набережных Челнов потихоньку подтянутся.
Приют на Шахиди работает два года. Сколько человек за это время обслужили?
У нас на Бурхана Шахиди, 26 эта работа запустилась в 2018 году. Это совместный проект Общественной палаты РТ и Уполномоченного по правам человека в РТ, с Сарией Харисовной Сабурской мы его совместно запускали.
Кроме раздачи ежедневно горячих обедов сотрудники приюта оказывают психологическую помощь обратившимся, подбирают одежду, устраивают на ночлег, помогают в дальнейшем трудоустройстве, также оказывают услуги парикмахерской и бани. В настоящее время приют вырос до 15 бытовок, и проживают там 37 человек, в основном инвалиды. В рамках данного проекта с августа 2018 года до объявления режима самоизоляции была оказана различная помощь более чем 55 тыс. человек, в том числе было роздано более 300 тыс. порций горячих обедов, одежды — более 74 тысяч комплектов, продуктовых наборов — 4,5 тысяч штук, оставлены люди на ночлег более 8 тысяч раз.
С момента объявления режима самоизоляции — с марта текущего года, когда закрылись предприятия и организации, с каждым днем количество нуждающихся, обращающихся в приют, значительно увеличивалось. Всего за два месяца помощь получили около 6 тысяч человек. Хочу еще раз обратить ваше внимание и на то, что бездомных людей среди них мало, в основном нуждающиеся — это малоимущие граждане, пенсионеры, студенты, приезжие из других регионов и потерявшие работу в связи с кризисом.
Каким образом планируете расширить работу в Казани?
К нам поступают предложения организовать передвижной автобус для кормления, оказания помощи нуждающимся гражданам в других районах города. Это будет один автобус «Фиат-дукат», который будет курсировать по городу. С Жилплощадки бомж не может до центра добраться, в общественный транспорт его не пускают — грязный он, вонючий, денег у него нет. А мы выезжаем, таких подбираем, отмываем, в чувство приводим. Человек побрился, постригся — и как будто заново родился, чувствует, что кому-то нужен, что у него не все потеряно. Мы занимаемся самым дном, ниже уже некуда человеку упасть. Помойка, улица — это самое дно.
Автобус будет развозить только горячие обеды или еще какая-либо помощь будет там оказываться?
Если у человека без места жительства есть рана, и она гниет, то мы будем ее обрабатывать. Мы сейчас ищем волонтеров-медиков. Есть такие люди — врачи от Бога, которые готовы бесплатно выезжать, не брезгуют такими людьми. Бывают случаи, что у человека гангрена, нога гниет, а его в больницу брать не хотят. Если мы его отмоем, почистим, то возьмут в больницу. В больнице его в чувство приведут, а потом мы обратно его заберем, он уже сидит, улыбается.
Медик тоже на автобусе будет разъезжать?
Да, планируем. Это все в Питере так работает, а мы берем на вооружение. Одного специалиста для Казани хватит.
Во многих дворах висят такие объявления: «Помощь страдающим от наркозависимости». Эту помощь тоже ваша организация оказывает?
Нет, сейчас объясню. К примеру, бедная женщина видит — сын наркоман или алкоголик, пьет, колется, денег нет. Звонит по этому объявлению, а там говорят: бесплатно вылечим вашего сына. Приезжают, его забирают, паспорт отнимают, казанского отвозят куда-нибудь в Самару или в Питер, обязательно в другой город, а оттуда сюда привозят, чтобы он не смог убежать без документов. Ему лопату в руки дают и отправляют работать на стройку — вот и всё лечение. Это называется рабочий дом.
Когда на самоизоляцию всех закрыли, к нам народ повалил. Мы даже испугались — здоровые мужики приходили. В Казани было тысячи полторы таких людей из социальных рабочих домов. Когда на самоизоляцию всех закрыли, работы приостановили, работодатели начали выкидывать на улицу этих людей. А они в основном привезены из других городов, кушать хотят. Когда об этом мы шуметь начали, нам угрозы пошли.
Руководители этих рабочих домов на дорогих машинах ездят. Это бесплатная рабочая сила, они держат их под соусом трудотерапии, заставляют работать. Я говорю: «Если вы на этих людях наживаетесь, вы и кормите их, что они у вас по городу шарахаются?» Это долго не протянулось, когда строительные объекты открылись, у них все нормализовалось. Эти люди опять сейчас пропали. Они живут коммунами по 10-15 человек, коттеджи снимают, квартиры.
Это трудотерапия?
Да. Почему она появляется? Из-за отсутствия ЛТП — лечебно-трудовых профилакториев. Сообразительные люди быстренько все поняли и всё организовали.
В вашем реабилитационном центре есть женщины с детьми?
Есть. Во время пандемии были семейные ссоры, жены убегали из дома. Участковый нам звонит: некуда женщине идти, можете приютить? По четыре дня жили и больше, даже с детьми маленькими. Например, узбечка жила или киргизка месяца полтора. Она осталась с детьми на улице. Для женщин есть отдельный вагончик. В основном все они трудоустроены в магазинах, трудятся уборщицами. Они в такой ситуации к нам попадают, потом отмываются, одеваются, и не скажешь, что бомжихи, уличные девочки.
У вас постоянно проживают 37 постояльцев, они могут жить сколько угодно?
А куда мы их выгоним? Сколько хотят, столько и будут жить.
 А психологи, наркологи у вас есть?
Ситуация такая: юристов нам предоставляет Уполномоченный по правам человека в РТ Сария Сабурская, но на период пандемии они свою работу приостановили. А что касается психологов, так мы сами лучшие психологи. Наркологи к нам приходят из «Розы ветров», тесты делают.
А на ВИЧ проверяете?
Анализы берут, ребята всем этим занимаются. Это наши партнеры, но пока временно эта работа тоже приостановилась.
Ваш приют был особенно востребован в режим самоизоляции, а сейчас?
Такие социальные услуги еще больше будут востребованы. Вы посмотрите, сколько сейчас безработных у нас. Я же приземленный человек, живу и вижу, что происходит. Пандемия — это не то, сколько человек умерло. Люди стареют, умирают, болеют, сильные выживают, это естественный процесс. Вопрос заключается в другом: экономически мы очень здорово пошатнулись, хотя довольно мощный регион.
Сейчас индивидуальные предприниматели, малый и средний бизнес просто обанкротились. Посмотрите, сколько общепита закрылось, куда эти продавцы все пошли? Знаю, например, с рынков продавцы разнорабочими работают. Приходят за ланчбоксами и ифтарами. Узбеков, знаете, сколько приходит? Они работали на рынке и на Родину уехать не могут, а здесь рынки не работают. Они здоровые мужики, хорошо, что еще верующие и не выходят людей грабить. Как этих людей не кормить? Приходят, я им продуктовый набор даю, пусть кушают. Сейчас кризис другой — психологический, это тоже связано с пандемией, обострение сейчас у многих.

Источник: sntat.ru