«Очень понравилась шутка: «Если начнется война, Путин объявит самозащиту»

3.05.2020 09:06



Независимые культурные работники Татарстана на карантине — кредиты на зарплату, неудачный опыт таксиста и ремонт вместо театра
На этой неделе президент РФ Владимир Путин поручил правительству разработать новый пакет неотложных мер поддержки — чтобы помочь пострадавшим из-за коронавируса индивидуальным предпринимателям и самозанятым. Однако многие испытывают сложности уже сейчас, а сфера культуры стала одной из самых пострадавших отраслей. «БИЗНЕС Online» записал монологи независимого режиссера, актера, певицы, а также директоров частных театра и музея и узнал, на какие деньги они живут и к чему готовятся.

«СОТРУДНИКИ УШЛИ В АДМИНИСТРАТИВНЫЕ ОТПУСКА, У НАС НА СЧЕТУ ПО НУЛЯМ»

Дмитрий Полосин директор музея чак-чака:
— Сейчас мы пытаемся хоть как-то развить интернет-магазин — как сувенирный, так и самого музея. С 28 марта полностью ушли в онлайн. Мы работаем только на туристический бизнес, а сейчас это направление полностью закрыто, потому нам абсолютно нет смысла трудиться. Несмотря на то что мы периодически приходим и проверяем помещение, видим, что улицы пустые, никто к нам не едет.

Мы всем написали письма: поставщикам коммунальных услуг и арендодателям — минземимущества РТ. Но от ведомства до сих пор не последовало никакого ответа, а коммунальщики сказали, что готовы предоставить отсрочку до 31 мая. У нас сейчас два проекта — в конце ноября мы приобрели в ипотеку помещение на Кремлевской, 2а. Музей чак-чака и сувенирная и чайная лавки связаны с историей, а у нас родилась идея студии авторских сувениров «Сувениры не как у всех», то есть основанных на собственных задумках и производстве. Такое не встретишь в других магазинах. С этими идеями мы подались на конкурс «Всероссийский сувенир», где даже победили в некоторых номинациях. Так как мы занимаемся поддержкой народных художественных промыслов и сувенирами, попали в специальную программу, и теперь муниципалитет после уплаты ипотечного кредита в конце месяца возвращает нам часть денег. Подобное приятно. А сейчас по ипотечному кредиту нам дали отсрочку до 20 октября, большое спасибо за это.

Мы уже провели прямую трансляцию о том, как задумали музей и как воплотили идею, какие еще онлайн-мероприятия у нас запланированы. Естественно, мы подаем заявки на различные гранты, в тот же самый фонд Потанина, а также на президентские гранты. Участвуем в онлайн-конкурсах, развиваем продажу сувенирной продукции в интернете. К сожалению, там тоже невысокий спрос, потому что эти товары направлены на туристов, а люди сидят дома.

Музейный частный бизнес абсолютно не прибылен — он требует постоянных реинвестиций, и накопленных средств у нас нет. Если говорить о российском бизнесе в плане сезонности (а она достаточно ярко выражена), когда проходят январские праздники, у нас наступает низкий сезон. Мы ждали Новый год, затем заработали себе на жизнь, в январские праздники покрыли часть долгов, в конце января, феврале и марте поджали пояса и рассчитывали на праздничный май, когда опять могли бы покрыть наши долги. Дальше должно было прийти лето, осень, когда мы нормально живем и опять копим, чтобы пережить низкий сезон. А сейчас получилось так, что мы застали низкий сезон, затем все закрылось и у нас практически нет средств. Сотрудники ушли в административные отпуска, у нас на счету по нулям, осталось только немного собственных денег. Нам абсолютно никто не помогает, поддержка, о которой говорят с экранов, осуществляется через кредиты, то есть, по сути помощи никакой нет. Поэтому мы никак не живем, все, что у нас осталось, — несколько тысяч рублей.

В любом случае мы остаемся оптимистами и смотрим на все с положительной стороны. Как руководитель уже двух предприятий, я целыми днями в работе и заботах, а тут получил возможность немного притормозить, что-то почитать, побольше пообщаться с умными людьми, друзьями, такими же частными музеями. Наконец-то мы более-менее сплотились, нашли проблемы, слабые и сильные стороны. Это время мы используем для планирования, новых мотиваций и идей, постоянно генерируем что-то интересное. Единственное — мы не можем резко свернуть в сторону и заняться чем-то другим, кроме нашей истории и туристического бизнеса. Но, по крайней мере, у нас есть время проработать задумки, на которые не было времени.

«ВЗЯТЬ КРЕДИТ МОГУ ХОТЬ ЗАВТРА, НО ПОСЛЕЗАВТРА ЕГО НАДО БУДЕТ ОТДАВАТЬ»

Виктор Степанцов директор Молодежного театра на Булаке:
— Утром просыпаюсь, делаю зарядку, завтракаю и выезжаю в театр. В первую половину дня мы с бухгалтерией отбиваем все бухгалтерские вопросы, потому что отчетность никто не отменял. Затем с труппой обсуждаем различные стратегические планы — что нам делать, как выживать. Когда недели три назад все это началось, нам предложили перейти в онлайн. Но, когда человек голодный, он приходит на рынок и хочет все забрать, а когда сытый — посмотрел и пошел дальше. Люди на карантине начали премьерные показы, спектакли, концерты, конечно, сперва это радовало, было прекрасно. Но вся радость заканчивается, когда на первое место встает вопрос «А что я буду есть завтра, где мне взять деньги, чтобы заплатить за коммунальные услуги, за ребенка?».

Помимо того, ни один онлайн-показ не передаст энергетику внутри театра. Нужна новая форма подачи, и мы как раз это обсуждали. Но подобное требует много дорогого оборудования. В государственных театрах такое есть, при этом трансляции спектаклей идут в записи — от тоски можно один-два раза посмотреть. Мы выложили на YouTube-канале бесплатно часть своих спектаклей, но не можем на этом зарабатывать: там есть свои правила, мы должны платить авторские отчисления и иметь более 30 тыс. подписчиков, тогда канал можно монетизировать. Таким образом, мы просто показали зрителям часть своих интересных спектаклей. Притом соревноваться, кто круче — телевидение или театр, бесполезно — я боюсь, что мы сейчас не в равных весовых категориях. Конечно, кое-что мы репетируем на «удаленке» и готовимся к открытию, когда все это закончится. Идеи — единственное, что у нас не отнять, то, чем мы живем. В самом начале карантина у нас появились небольшие скетчи, рубрика «Сказки на ночь».

Конечно, всем очень тяжело. Мы выложили посты и сторис о том, что можно купить билеты на спектакль, который не состоится. Коллеги высказали мнение, что мы как будто милостыню просим. Но мы не опускаемся и не опустимся никогда до того, чтобы просить милостыню. Мы всегда возвращаем все. И, конечно, нашим дорогим зрителям, которые нас поддерживают, все вернется сторицей — нашей энергетикой, постановками, отношением. Мы ни у кого милостыню не просим. Если человек готов нас поддержать, мы ответим тем же. Говорят, что сейчас всем плохо. Людям есть нечего, но не всем, есть те, кто действительно искренне помогает, поддерживает, верит в нас. К сожалению, мы сейчас находимся в такой ситуации, которая поставила театру подножку. В апреле мы должны были начать новую программу дневных спектаклей, которые шли бы почти каждый день,— специально для тех, кто не может себе позволить посетить нас вечером — и в финансовом плане, и вообще. Все те же постановки должны были идти днем, билеты на них стоили по 200 рублей. Но не успели, не получилось.

Вопрос денег для меня непростой. У меня на столе лежат подписанные документы на получение беспроцентного кредита на зарплату. Так как я в бизнесе достаточно давно, тем крутым ребятам, которые говорят, мол, надо было думать, подушку безопасности делать, могу ответить: бизнес разный, и маржинальность у него — тоже. Театру исполнилось 10 лет, и я понимаю, что это немножко другой вид управления. А документы лежат, и я трезво осознаю, что взять кредит могу хоть завтра, но послезавтра надо будет его отдавать. Смогу ли я это сделать? Никто не знает. Когда дадут возможность работать театрам и разрешат массовые сборы? Ведь театр — это помещение массовых сборов людей.

Мы выплатили последние деньги работникам в тот день, когда объявили, что театр обязан прекратить свою деятельность. Все живут на эти средства, но, скорее всего, они уже закончились. Возможно, кому-то помогают родители. Мы обращались к зрителям, чтобы они не забирали деньги за спектакли, которые были запланированы в апреле. Я хочу поблагодарить всех, кто вошел в положение и не стал забирать средства, а перенес просмотр постановок на открытую дату. У нас очень хорошие зрители — более 90 процентов отнеслись к подобному с пониманием. Если бы все потребовали возврата, то, если не банкротство, это было бы самой критической точкой для театра.

Во всем остальном верим в настоящее, светлое будущее, готовимся. О том, насколько оно окажется светлым, я сижу и думаю каждый день в театре. Я прочитал постановление Владимира Путина о том, что с 1 мая нужно выплатить всем безвозмездную зарплату. Но пока это только разговоры. Кто будет выплачивать, каким образом? Я задавал вопрос в ВТБ, Сбербанк, но пока ответа не получил, никто не знает. В Европе все очень просто и грамотно, руководитель заполняет анкету, где указывает ИНН предприятия, предоставляет список сотрудников и сумму. В течение 20 минут все получают эти деньги. Если их не хватает, предъявляет еще документы и выдают дополнительно. Речь идет о суммах с пятью нулями, которые можно получить легко и просто за 20 минут, никуда не надо ездить, бегать и у кого-то выпрашивать, умолять.

Если ничего не изменится, какая-то часть ребят — 2 человека или 22 — переедут в театр и мы все вместе будем жить здесь. В труппе есть иногородние ребята, которые снимают квартиры. Имеются те, кто готов переехать в самоизоляцию в театр и жить там, играть спектакли, показывать свою жизнь. У нас есть один из проектов, который мы готовы осуществить хоть завтра.
А как это будет — онлайн или в записи, уже десятый вопрос.

Из здания нас никто не выгоняет. Управляющая компания повела себя очень корректно — из АСВ нам никто никаких грозных писем не писал. Как только объявили, что мы обязаны закрыться, написали письмо, что в данной ситуации не сможем платить аренду. Большинство налогов, которые хотели отменить, мы уже заплатили, а также большую часть аренды, которую можно было отсрочить до 2024 года.

Когда я приезжаю, охрана спрашивает, когда мы выйдем и начнем работать, скучно без нас. Зрители пишут слова поддержки, стихи о театре. Мы не унываем, у нас хватит сил, здоровья и терпения. Вопрос — как жить дальше? Все говорят: жизнь поменяется. Конечно! Завтра будет не так, как сегодня. Но то, что сейчас происходит, в голове не укладывается. Мы же налоги платим? Мы же существуем? Почему нет возможности взять и дать людям деньги? А не придумывать схемы, которые до конечного результата не доходят.

Мы хотим жить, радоваться жизни и делиться хорошим настроением со зрителем. Конечно, любой актер может пойти работать куда угодно. В любой сфере обслуживания будет великолепно себя чувствовать. Но я считаю, что образование артисты получали не для того, чтобы разбрасывать свои способности и возможности, в некоторых случаях даже уникальные. Для этого есть другие люди. Когда сейчас пытаются предложить поработать на «удаленке», я всегда говорю: на «удаленке» можно и унитаз ремонтировать. Сантехник будет на видео показывать, где закрутить, где почистить. Но, я думаю, мы в XXI веке не для этого столько прожили и многому научились. Надо оставаться людьми и добиваться того, на что мы имеем право.

«В МАРТЕ МЫ ПЕРЕЕХАЛИ В МОСКВУ, А В КОНЦЕ МЕСЯЦА ВЕРНУЛИСЬ В КАЗАНЬ»

Рустам Рашитов кинорежиссер:
— Я сейчас почти все время провожу дома. Бывает, что мы выезжаем за город либо к родственникам. В марте мы переехали в Москву, а в конце месяца из-за того, что все начало закрываться, вернулись в Казань и уже месяц находимся здесь. В столице РФ я начал учиться на высших курсах сценаристов и режиссеров, но проучился всего дней 10. Учебу остановили, перевели на «дистанционку». Сейчас из Казани через приложение я общаюсь с мастерами, слушаю лекции, выполняю задания. Вот так мой день и проходит.

Прямых эфиров и трансляций я не устраиваю — занимаюсь самообразованием. Сейчас есть время побыть с семьей и пустить в ход отложенные дела — смотреть фильмы, читать книги и выполнять задания, которые необходимы и которые нам дали мастера. Сейчас я больше смотрю фильмы из учебника по кино, советские либо старые зарубежные, поэтому на онлайн-проекты коллег времени пока нет.

Также сейчас есть время заняться проектами, которые я давно планировал. Мы разрабатываем полнометражный фильм вместе с Тимуром Садыковым и Ольгой Арисовой, почти каждый день обсуждаем по видеосвязи. Пока находимся на этапе написания сценария. Это будет семейная игровая комедия, жанровое кино. Хочется сделать так, чтобы понравилось зрителю и пустить в кинотеатры. Кроме того, я уже несколько лет хочу заняться мини-сериалом, у меня есть идея, и я пишу заметки, надеюсь, скоро приступлю к полноценному созданию сценария. Будет 8-серийная драма, надеюсь, она заинтересует онлайн-площадки. Это не формат ТВ-каналов, по крайней мере, российских.

Я понял, насколько мне не хватает живого общения. Да, мы с друзьями и коллегами, одногруппниками постоянно в онлайне, но это все равно не заменяет для меня живого общения. И то же самое с мастерами — мы оттягивали начало онлайн-обучения, переносили, но в итоге поняли, что все это затягивается на неопределенный срок, так что придется общаться онлайн. Но я все равно немного тоскую по живому общению.

Сейчас живу на свои накопления, потому что запланированные проекты перенеслись. Надеюсь, мы к ним вернемся через месяц или полтора, когда все закончится. У нас немного оборвался прокат фильма «Кире», когда ввели режим самоизоляции — в это время он прокатывался в нескольких городах. На днях, я надеюсь, лента появится в одном или нескольких онлайн-сервисах. Мы над тем работаем, и это дело ближайшей перспективы.

«У ЧЕЛОВЕКА ДОЛЖНО БЫТЬ НЕСКОЛЬКО ПРОФЕССИЙ»

Марсель Касимов актер, ведущий мероприятий:
— Мне есть чем себя занять. К сожалению, это не приносит денег, но помогает оставаться занятым и не думать о плохом и грустном — я целыми днями делаю ремонт. В одиночку, как чертов египетский раб. Сейчас живу у родителей, поэтому по вечерам сюда приезжает моя сестра с племянником, мы с ним играем. Честно говоря, меня раздражают онлайн-активности. Это так надоело, потому что абсолютно все, даже те, кто никогда не делал прямые эфиры, начали их транслировать. Я, конечно, говорю с сарказмом, но ведь, правда, все делают прямые эфиры! И во всем этом многообразии теряются действительно прикольные лайвы.

Самоизоляции я особенно не чувствую, потому что дома не сижу. Разумеется, не гуляю по магазинам и не хожу по улицам, но я либо делаю ремонт, либо куда-то еду на машине. Большие скопления людей не посещаю, поэтому у меня нормальная самоизоляция.

Вопрос денег очень сложный и плачевный. Кому бы я ни написал, с кем бы ни разговаривал, все в неопределенности по поводу своих финансов. Когда все это дело началось, я пошел в «Яндекс.Такси», но там настолько не было денег, что я понимал: 180 рублей за поездку вообще не покрывает расходы на бензин и использование моей машины. За два дня я накатал 800 рублей — и это мелочь по сравнению с ресурсами автомобиля, которые я трачу. Другую работу пока не нашел. Пытался организовать в «Инстаграме» доставку своими силами, пару заказов оттуда было. Но пока я ни на чем реально не зарабатываю, поэтому приходится просить в долг. Некоторые мероприятия, которыми я кормился и зарабатывал, отменились, и теперь за них требуют вернуть предоплату. И это очень плохо, потому что набрались уже немаленькие долги. Как и когда я их буду раздавать, пока неизвестно.

Я пытался разговаривать с людьми, которые хотели пригласить меня ведущим их свадьбы, сегодня сделал пост, что готов приехать в защитном костюме, чтобы обсудить детали праздника. Но никто ничего не планирует, потому что никто толком не знает, насколько еще продлится самоизоляция. Конечно, было бы хорошо, если бы сейчас кто-нибудь захотел свадьбу в сентябре и дал мне предоплату. Я бы на нее и жил, но увы.

Уже видел прямые эфиры маленьких мероприятий, которые ведущие проводили онлайн. Но я не думаю, что все-таки это обретет какие-то большие масштабы. Скорее всего, люди будут отмечать праздники как раньше — дома, в квартире, посередине зала поставят большой стол.

Я в очередной раз убедился, что у нас бесполезное правительство, которое только собирает налоги и абсолютно никак не помогает. Очень понравилась шутка: «Если начнется война, Путин объявит самозащиту». К сожалению, у нас даже не карантин, а некое подобие самоизоляции, потому что карантин — это одна из веток чрезвычайного положения. Но у нас он есть только для тех, кто прилетел из Турции, — у них свой личный домашний карантин. И еще я в очередной раз задумываюсь о том, что у человека должно быть несколько профессий, поэтому и делаю ремонт сам. Я уже давно что-то умел, а сейчас начал и электрику делать, и стены сносить — все самостоятельно. (Фото предоставлено Марселем Касимовым)

«СЕЙЧАС Я БОЛЬШЕ УЧУСЬ НЕ БЕСПОКОИТЬСЯ»

Зарина Вильданова солистка группы The Cheek La Week, участница фестиваля «Үзгәреш җиле»:
— Дни мои устроены не так, как обычные, вне самоизоляции, потому что, как правило, я не сижу дома, он место уюта и отдыха, а не работы. Сейчас мой день устроен так: стабильная зарядка утром, упражнения на дыхание, изучаю материалы о музыке и различные вокальные приемы, смотрю фильмы. Много готовлю, участвую в мастер-классах по приготовлению блюд, это, бывает, очень затягивает.

В день объявления о самоизоляции у меня просто разрывался телефон: отменились поездки на мероприятия, где я должна была принять участие в качестве жюри. Перенеслась студенческая весна КФУ, где я также выступаю в роли жюри. Отменили спектакль «Карурман», концерты «Безнең жыр» и «Татарча сабантуй» (его перенесли аж на 2021 год), выступление с Андреем Руденко и много коммерческих проектов. Сейчас мы ждем хороших новостей для того, чтобы в сроки провести «Arts Биләр Forum», который должен был пройти в июне, где я являюсь музыкальным руководителем.

Я преподаю онлайн, но это вынужденная мера, так как без личного контакта вообще не представляю отношения учителя и ученика. На своей страничке в «Инстаграме» я провела онлайн-концерт, участвовала в онлайн-концертах «#айдадомой», «Сәләт җыены онлайн» и «Молодежь Татарстана». Для меня такие мероприятия важны для того, чтобы поддерживать себя в форме, чтобы люди во время самоизоляции не изолировали себя от музыки и искусства и, видимо, чтобы понять, что онлайн-концерт и живой с присутствием зрителя — это разные вещи. Все-таки, когда поешь в камеру, всю свою энергию направляешь в нее, но обратно ничего не получаешь, а на живых концертах зритель в ответ заряжает тебя своей энергией — и это непередаваемые ощущения.

Онлайн-проекты моих коллег не сильно отличаются от наших привычных занятий: преподавание, концерты, интервью. И мне всегда интересно, какие выходы для своего творчества отыскивают люди. У кого-то я учусь чему-то. Но сейчас я больше учусь не беспокоиться. Карантин научил меня радоваться тому, что у тебя есть работа и свобода. А еще лучше готовить. И больше прислушиваться к себе и своей семье, понимать, что счастье не в постоянной беготне и делах.

Пока живем на накопленные средства. Поскольку я являюсь самозанятой, для нас не предусмотрено никаких пособий, хотя я уже читала, что наш президент Рустам Минниханов рассматривает этот вопрос. Оплачиваются какие-то онлайн-проекты, преподавание приносит небольшой доход.

Источник: m.business-gazeta.ru