«Мечтала оказаться на федеральном канале, но здесь гораздо лучше». Ради неё вы смотрите «Ак Барс ТВ»

10.12.2019 13:06



Зухра Уразбахтина – о работе на региональном ТВ, бизнесе в инстаграме и идеальном мужчине.
В начале сентября «Ак Барс» запустил клубное телевидение «Ак Барс ТВ» в «ВКонтакте». Казанцы освещают каждый матч в неформальной обстановке без скучной аналитики. Задумка получилась удачной – если первые выпуски собирали по 100-120 тыс просмотров, то сейчас – 220-240.
Главные действующие лица программы – радиоведущий «БИМ Радио» Махмуд Аракаев и экс-ведущая «Татарстан ТВ» Зухра Уразбахтина. После матчей фотографироваться с ними выстраивается очередь не меньше, чем к хоккеистам.
В большом интервью «БИЗНЕС Online» Зухра рассказала:
  • как она общалась с Сердаром Азмуном, который жил по соседству;
  • что на «Татарстан 24» составили папку с её косяками;
  • что похудела на 35 кг, но столкнулась с большими проблемами после этого;
  • как сильно увеличилась посещаемость её страницы в инстаграме;
  • как составляет маршруты для путешествий и во сколько это ей обходится;
  • что считает, что её затравили в социальных сетях после ухода «Татарстан 24».
Зухра Уразбахтина / фото предоставлено собеседником
«НА МНЕ ДВОЙНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ»
– Зухра, как ты оказалась на «Ак Барс ТВ»?
– Совершенно случайно. Летом решила уволиться с телеканала «Татарстан 24». На тот момент я поняла, что нужно двигаться дальше. Когда я была в отпуске, мне позвонили и предложили работать в «Ак Барсе». 30 августа был последний прямой эфир на «Татарстан 24», а уже через несколько дней я вышла на «Ак Барс ТВ».
– Почему согласилась?
– Мне кажется, что это интересный формат. Такого нигде нет! Я мечтала оказаться на федеральном ТВ, но это гораздо круче! «Ак Барс» – символ Татарстана, легенда, история, эпоха. Для меня огромная честь работать в команде. Это огромная ответственность работать во время матча с интереснейшими людьми – хоккеистами, тренерами, гостями из других видов спорта, политиками, певцами и не только. На мне двойная ответственность, ведь я – один из проводников между болельщиками и командой. Я часто общаюсь с фанатами «Ак Барса», прислушиваюсь к их мнению. Они мне тоже помогают, за что хочется сказать отдельное спасибо. Я человек новый – поддержка и помощь очень важна.
– Сложно было перестроиться на новый формат?
– Конечно. На «Татарстан 24» я была ведущей новостей. Выходила в прямой эфир три - четыре раза, а если двойная смена, то и больше. Новости – тоже огромная ответственность, но это совершенно другое. На «Ак Барс ТВ» уделяется больше времени интерактиву со зрителями, интервью с гостями при очень ограниченном времени и постоянному мониторингу социальных сетей. Здесь, на «Ак Барс ТВ», я могу быть такой, какая я есть на самом деле.
У меня есть соведущий Махмуд Аракаев, редакторы и продюсеры, и теперь я – командный игрок. Здесь часто нужно импровизировать, заранее подготовиться к матчу. Я слежу за командой, статистикой, за каждым игроком нашей команды. Много нюансов. Редактор составляет примерный сценарий, мы изучаем вместе с соведущим и обговариваем заранее некоторые моменты. Но бывает и так, что все идёт не по сценарию. Это живые эмоции, это круто! Руководителю медиацентра клуба Михаилу Степанову – отдельное спасибо. К его мнению прислушиваюсь всегда. Он профессионал своего дела. Лучший руководитель.
– Как ты подбираешь образ для эфира?
– У нас есть две студии – одна на «Татнефть Арене», другая – на ТНВ. Всегда полагаюсь на свой вкус. Когда у нас эфир во время выездного матча, нужно, чтобы одежда не сливалась с фоном студии – нельзя голубые вещи. На домашние матчи я предпочитаю зелёные цвета. В «зелёное дерби» я надеваю хоккейный свитер с моей фамилией.
Махмуд Аракаев и Зухра Уразбахтина / фото: Василий Иванов, БИЗНЕС Online
Все наряды приобретаю сама. У меня есть свой гримёр: ей полностью доверяю макияж и укладку. Это же телевизионная съемка, поэтому и требуется профессиональный взгляд гримёра.
– Какой эфир, по твоему мнению, был лучший?
– Их было несколько. Мне понравился выпуск, когда к нам пришла волейболистка Евгения Старцева. С Зинэтулой Хайдяровичем был шикарный эфир. И ещё с Владимиром Ткачёвым и Эльмирой Калимуллиной. Очень была счастлива познакомиться с комментатором Романом Скворцовым – он профессионал своего дела. Очень интересная беседа сложилась с тренером «Нефтяника» с Ильнуром Гизатуллиным – с ним был рекорд по просмотру эфира. Последний раз приходил тренер «Барса» Сергей Душкин – он по-своему нас окунул в мир хоккея.
«АЗМУН МНЕ ОДНАЖНЫ НАПИСАЛ I LOVE YOU. НАВЕРНО, ЭТО БЫЛО ПРОСТО ПО-ДРУЖЕСКИ»
– Как подбираете гостей для эфира?
– У нас есть редактор, который этим занимается. Если клуб играет в Казани, то в приоритете у нас хоккеисты, которые не попали в заявку. Мы о них узнаём буквально за несколько часов до матча.
– Когда ты начала работать на «Ак Барс ТВ», к тебе начали подкатывать хоккеисты?
– Нет, у нас есть чёткая граница: я, как и они, работница «Ак Барса». Мы одна команда, у нас только рабочие отношения. Если из ребят кто-то травмируется, то сопереживаю. У нас взаимное уважение друг другу. Если нужно интервью, никаких проблем. Бывает, иногда надо снять ролик для программы. Всегда с пониманием относятся. Языковой барьер – тоже не проблема. Я владею и английским, и татарским языком. Ну и русским, естественно.
– Слухи о твоём романе с Сердаром Азмуном – просто слухи?
– Что?! (смеётся). Он же моим соседом был. По-дружески спрашивали у друг друга, кто где хлеб покупал, например. Я знаю его семью, знакома с племянниками. У нас было абсолютное уважение друг к другу. Хотя он однажды мне написал I Love You, но я думаю, что это скорее по-дружески было… Может он хотел сказать I like you? Я и он – это абсолютно параллельные вселенные, мы по-разному смотрим на мир.
Хороший парень. Молодец! Сейчас слежу за его успехами в «Зените». Он долго ждал этого момента.
Сердар Азмун / фото: Сергей Елагин, БИЗНЕС Online
– Чувствуешь, что после «Ак Барс ТВ» с тобою всё больше мужчин хотят познакомиться?
– Да, ко мне стало больше внимания. Обо мне напечатали на федеральных спортивных порталах. Больше начали писать, больше следить за моим творчеством. Мне приятно. Я всегда благодарю. Но предупреждаю: я не фанат знакомств в социальных сетях.
«НА ПАМЯТЬ ОБО МНЕ СДЕЛАЛИ ПАПКУ «ЗУХРИНИЗМЫ». РАЗВЕ ЭТО КРЕАТИВНО?»
– Как ты оказалась на ТВ?
– Это была моя мечта детства.
Я в юном возрасте включала музыку, надевала очки и брала пульт в руки – пародировала известных людей и хотела стать артисткой. После пяти лет в университете душа не желала работать по специальности. Пошла на курсы техники речи, актёрского мастерства, сбросила 35 кг, посещала разные мастер-классы телеведущих. Первое время никуда не брали, крутили у виска, когда я к ним приходила. Потом взяли на новый проект «Татарстан 24».
На ТНВ меня не взяли, так как пришла на кастинг без макияжа, и из-за плохого зрения не смогла прочитать текст на суфлёре. Было обидно, но я поняла, что мне нравится эта атмосфера. Теперь наша вторая студия находится там.
– У тебя был случай, когда ты перепутала слова «ветераны» и «ветеринары».
– Да, был такой эпизод. Это был шестой или седьмой эфир за день. Подъем в 5 утра, каждый час – новый прямой эфир. Там были нарезки, их более 50-ти за день. Мы каждому району уделяли внимание на «Татарстан 24», ведь новости смотрят по всей республике. Усталость, человеческий фактор – всё дало о себе знать. У каждого диктора даже на федеральном и международном уровне есть оговорки.
Не каждой ведущей коллеги по цеху создают именные папки. На память обо мне до сих пор там просматривают архивную папку выпусков со мной и оговорками – «Зухринизмы». Разве не креативно? Ты бы хотел, чтобы в «БИЗНЕС Online» была твоя папка «Викторизмы»?
– Честно, нет.
– Вот именно. Причём, автор этой папки по стечению обстоятельств вновь на экране – и чаще обычного с оговорками... Посмотрите, в интернете их много. Каждый имеет право на ошибку. Тогда я переживала, сейчас отношусь с юмором. Прямой эфир – это стресс, оговориться может каждый. Все мы живые люди со своими проблемами и переживаниями. Человек, который ведёт прямой эфир новостей, может параллельно проживать совсем другие эмоции – может, у него близкий заболел или ещё что-то. Но ведущий должен держаться в кадре несмотря ни на что. Зрителю неважно что у него в душе.
– За оговорки сильно ругали?
– Ещё бы. У нас в 9 утра каждый день была планёрка, и первые два года я была центральной повесткой. Знаешь, и это даже хорошо – появляется мотивация больше не допускать ошибок. Меня ругали не только за оговорки, но и за громкое дыхание, за наряд, за макияж, за блестящий лоб, за все абсолютно!
Было много слёз, обид, казалось, что ругают уже за просто так, лишь бы придраться. Сейчас я благодарна этому – считаю, что прошла настоящий университет жизни. Я благодарна каждому коллеге, с которым там работала. Сейчас все иначе – полное доверие со стороны моей команды по поводу моего вещания и внешнего вида. Бывает, слышу критику, но это очень деликатно.
Фото: Василий Иванов, БИЗНЕС Online
– Как ты себя чувствовала в кадре?
– По-разному. Всегда что-то происходит. Сбой техники, человеческий фактор – например, могут забыть прокрутить суфлёр. Или же погодные условия – сбой прямого включения. Умерла любимая артистка – хочется плакать, сопереживать горю, а ты должна держаться в кадре и не выдавать никаких признаков эмоций.
Бывали лёгкие эфиры. Я скучаю и люблю команду на «Татарстан 24», до сих пор на связи с некоторыми из коллег. Благодарю их за тот период, который мы прожили вместе.
«МНЕ ГОВОРИЛИ, ЧТО МЕНЯ ВСЕ ЗАБУДУТ, ЕСЛИ Я УЙДУ С «ТАТАРСТАН 24»
– Твоя популярность в соцсетях увеличилась после прихода на «Ак Барс ТВ»?
– Сильно увеличилась. У меня бизнес-аккаунт, поэтому я знаю всю статистику. За первый месяц работы на мой инстаграм подписалось более восьми тысяч человек. Когда я уходила с «Татарстана 24», у меня было 55 тысяч подписчиков, а сейчас – уже 66 тысяч. И не просто подписались – они активно пишут комментарии, отправляют сообщения в директ, смотрят мои сториз и так далее.
Мне один человек – известный профессионал в медиа – посоветовал остаться на «Татарстан 24». Он сказал, что меня забудут через две недели, как уйду с экрана. Но через две недели у меня прибавилось сразу много новых подписчиков.
– Наверно, среди подписчиков стало больше мужчин?
– Конечно. До перехода в «Ак Барс» у меня было 50 процентов мужчин и 50 процентов женщин. Сейчас – около 67 процентов мужчин, остальные женщины. Некоторые рекламодатели считают это проблемой.
– Почему?
– Например, косметическому бренду не нужно, чтобы аудитория мужская вообще была. Им важно больший процент женского пола. Но никто не думает, что эти же мужчины, возможно, являются их клиентами в том числе. Я считаю, что главное – это не количество, а качество. Уверена, что давно уже стало актуально приглашать для рекламы не блогера с миллионной аудиторией, у которого подписчики по всему миру, но в Казани его никто не знает, а интересного, но со своей локальной публикой, пусть даже небольшой. Просто нужно попасть в формат.
– Какая у тебя активность? Сколько комментариев оставляют?
– Всегда по-разному. Если это победный матч, то около 100 - 200 комментариев. Если это моё селфи, то примерно так же. Если это конкурс, где я разыгрываю билет на матч или коробку косметики, то оставляют аж до 3000 комментариев.
– Ты сама ведёшь свой инстаграм?
– Да, я не доверяю никому. У меня есть только помощница, которая заключает сотрудничества с разными рекламодателями.
– Значит, на тебя работает гримёр и помощница. Еще кто-то есть?
– Нет, пока что всего два человека.
– И насколько выгодно работать на Зухру Уразбахтину?
– Поверьте, выгодно. У всех зарплата, у кого-то ещё и проценты. Никто бесплатно не работает. Помощница иногда может полететь на какую-нибудь съёмку со мной. Почему бы и нет.
– Сколько человек ты уже заблокировала в инстаграме?
– Не веду учёт. Достаточно много и часто. Не приемлю оскорбления в адрес своих близких и нарушения личных границ.
«ПОВЕРЬТЕ, ВЕСТИ ИНСТАГРАМ – ЭТО ОЧЕНЬ ЭНЕРГОЗАТРАТНО»
– Насколько сложно тебе вести свой инстаграм?
– Непросто. Надо всегда быть на связи со своими читателями, нужен постоянный интерактив с подписчиками, вести опросы, конкурсы, актуальные сториз. Следить за часами активностей пользователей, чтобы выставить фотографию или отзыв в нужное время. Это кажется, что просто, поверьте, на самом деле очень энергозатратно.
Самое главное – это предоставлять подписчикам качественный контент – фотографии, видео и так далее. И этот контент должен сопровождаться хорошим и нескучным текстом, который будет понятен каждой аудитории. То есть, не просто фото с кремом и подпись: «Он хороший, покупайте его». Нет, нужен полноценный отзыв с описанием всех особенностей продукта.
Инстаграм – это всё же красивая картинка. А что за пределами её у блогера никто не знает. За шедевральной фотографией стоит труд фотографа, миллион поз модели, и, возможно, часы ретушёра. Часто видим счастливые лица в инстаграме, в жизни – всё наоборот. Не стоит полностью доверять социальным сетям. Не всегда реальность соответствует ожиданиям. Сейчас люди с ума сходят из-за лайков, подписчиков, комментариев. На что только не готовы...
– Как часто ты отвечаешь пользователям?
– По мере возможностей. Невозможно всем ответить, слишком много сообщений приходит в директ или в комментариях. Быть блогером сложно, так как тебе ведь пишут не только: «Какая ты красивая!» и так далее, но и много негативных сообщений, например, пожелания «чтобы ты горела в аду» и прочее.
– Сколько денег ты тратишь на уход за собой?
– Наверное, около 50 тысяч. Это и косметолог, и тренер, и макияж с укладкой для эфира, и маникюр, и всё, что угодно. Плюс одежда для выпуска, и ещё для повседнева. Но, какая-то часть – это бартер, в обмен на отзыв. Иногда водителя беру, если необходимо. У меня нет своей машины, это не моё. Также у меня есть бюджет отдельно на питание, на здоровье, на зарплату своим помощникам.
– У нас в Татарстане как этот бизнес устроен? Конкуренция большая?
– Неплохо устроен. С каждым днём блогеров больше. Плюс еще есть онлайн-тренинги. И это же неплохо! Каждый может заниматься самообразованием. Даже научиться готовить благодаря чьему-то блогу. Или заниматься спортом на дому. Кто-то вовсе учит язык. Это же круто! Все, что захочешь, можешь найти. И в Казани, конечно же, неплохо все с этим.
– Эту блогерскую сферу можно охарактеризовать как дружный коллектив или как «клубок змей»?
– Для меня это дружная семья. Мы общаемся, советуемся. Конечно, бывали недопонимания и конфликты, но это, во многом происходит по личным причинам. У нас делить нечего, каждый по-своему хорош и у каждого своя устоявшая аудитория, и рекламодатели этого знают.
«СЧАСТЛИВА, ЧТО НИКОМУ И НИЧЕГО НЕ ДОЛЖНА, ВСЁ ЗАРАБАТЫВАЮ САМА»
– У тебя много фотографий с путешествий. Ты сама маршруты прорабатываешь?
– Сама. Я люблю путешествовать, иногда одна. Уединяться люблю. Слежу за путевками, составляю сама маршрут, куда хочу сходить, что увидеть. Остановлюсь в отеле или выберу квартиру в Аirbnb.
– Если не секрет, во сколько выходит одна поездка?
– Все по-разному, потому разная и цена на отели. Недавно вот я была в Австрии – билеты мне обошлись тысяч в 15. Здесь можно снять квартиру на Airbnb за тысячу рублей в день, а можно снять номер в Ritz Carlton за 50 - 60 тыс рублей. У всех свой вкус. Здесь дело каждого. Бывает, могу остановиться в пятизвёздочном отеле, могу и в двух. Всегда разная финансовая ситуация у меня, могу даже и в наш Болгар съездить – это же тоже отличное путешествие! Есть там куда сходить и что посмотреть. Люблю маму возить, мечтаю бабулю куда-нибудь отвезти, но она все никак не может собраться.
– На тебя уже выходили представители отелей и турагенства для рекламы?
– Конечно, отели периодически сами выходят. Это приятно и очень здорово экономит расход на проживание. Правда, питание или налоги, если они есть, всё равно плачу сама. Иногда могу взять гида в стране.
– Деньги на путешествия у тебя от бизнеса в инстаграме?
– Да, зарабатываю сама. У меня нет спонсора поездок, я счастлива, что никому не должна. Ни за работу, ни за путешествия. Кто путешествует, знает, что сегодня столько предложений в интернете. Просто позаботиться заранее об отеле, билетах, выбрать правильного авиаперевозчика. Каждый работающий человек может себе позволить. Я ничем и никем не обременена. У кого-то хобби – вязание крючком, у кого-то – рыбалка или шопинг. У меня вот путешествия. Каждый тратит заработанные средства на свои интересы и увлечения.
– И сколько же ты зарабатываешь на рекламе?
– Всегда по-разному. Бывает так, что нет ни одной рекламы и ничего не зарабатываю. Когда она есть, то сумма выходит хорошая, мне хватает.
«ОДНАЖДЫ МНЕ КТО-ТО КРИКНУЛ «Я ЗАСТРЯЛ В СКЛАДКАХ ЗУХРЫ!»
– Расскажи о похудении. Как и зачем ты на это решилась?
– Похудела я из-за здоровья: мне было уже тяжело не просто ходить, а вообще передвигаться. С трудом дышала и сложно подобрать красивую одежду. И ведь мне было всего 18 лет. Я одевалась в магазинах для беременных или «плюс сайз». И прекрасно понимала, что это ненормально, нужно с этим что-то делать. Однажды мы с одногруппниками решили сходить в караоке и один из гостей в микрофон крикнул: «Я застрял в складках Зухры, какая же ты жирная!». Слёзы не заставили себя ждать. И с этого для решила, несмотря ни на что похудеть. Я нашла диетолога в интернете. Стоило это тогда около 500 рублей, она ознакомилась с моими анализами, замерами, составила меню, и так я начала стремительно худеть.
– Твои проблемы – это генетика или неправильное питание в детстве?
– Наверно, всё вместе. У меня в семье нет худых – все любители вкусно поесть и не было культа правильного питания. Мы часто ели татарскую кухню – треугольники, чак-чак, бэлеш. Вот сейчас вспоминаю, и не понимаю, почему же я раньше так не пополнела.
– Сейчас ты от всего этого отказалась?
– Я редко разрешаю себе что-то вкусное, но очень люблю хлеб и иногда не могу отказать себе в нём.
– После того, как ты похудела, не было резкого набора веса?
– Конечно было. Когда я начала худеть, поехала к бабушке в гости. Тогда я была студенткой, жила в деревне Универсиады. К моему приезду бабушка приготовила выпечку. Всё было как во сне – очень вкусно! Приезжаю в Казань и смотрю – плюс три килограмма. Всё, что скинула за месяц, я набрала за один день.
Затем, когда я уже начала весить 55 кг, я дала себе волю и подумала, что теперь-то я точно могу поесть. Расслабилась и за несколько месяцев пополнела на 10 кг. Пришлось опять худеть, и это было очень тяжело – все эти салаты, брокколи вызывали у меня отвращение. Но в итоге получилось.
– Сейчас какая у тебя диета?
– После сильной аллергии в 2015 году я ем всё с большим удовольствием. Потом отрабатываю в зале. Так что на диете не заморачиваюсь. И вам не советую.
«ПОКА ЕЩЁ НИКТО НЕ ВЫСКАЗАЛ МНЕ КРИТИКУ ЛИЧНО В ГЛАЗА»
– В телеграме ранее появились каналы, где писали от твоего имени. Скажи окончательно – это фейки?
– У меня нет никаких каналов в телеграме.
– Как ты относишься к этим фейковым аккаунтам?
– Они такой потрясающий пиар делают. Благодарю. Пусть ещё аккаунт в инстаграме заведут.
– Получается, это была какая-то травля, когда от твоего имени в телеграме писали разные слухи?
– Думаю, что да.
– А ты знаешь, кто это мог это сделать?
– Нет. У меня нет мыслей на этот счёт. Всё произошло после ухода с телеканала «Татарстан 24». Сейчас не слежу за тем, что там пишут обо мне и от моего имени, но, когда всё это началось, мне было, конечно, неприятно, когда начались оскорбления. На сегодняшний день могу сказать, что эта ситуация сделала меня намного сильнее. Я готова ко всему и понимаю, что медийность – это не только аплодисменты, но и жёлтая пресса и негатив.
– Как ты переживаешь этот негатив?
– Раньше было сложнее, могла заплакать. Я прекрасно понимаю, что я нравлюсь не всем, и это абсолютно нормально – не бывает так, чтобы тебя все любили. Сейчас мне абсолютно все равно на эту оголтелую критику и другую ложь обо мне.
– Не легче ли просто не читать критику о себе?
– Так я и не читаю, не захожу в комментарии. Так уж выходит. Интересно, что никто не сказал мне ничего прямо в глаза. Никто! Не было никого, кто бы подошёл ко мне и сказал, что я страшная, плохая ведущая или что-то подобное.
– А если подойдут и скажут?
– Что ж, скажу этому человеку, что он такой смелый и пожму ему руку. Интересно, появятся ли такие люди после выхода этого интервью (смеётся)? Любопытно, что из критиков только процентов 10 – жещнины, а остальные – мужчины. Мне-то казалось, что это девушки должны быть завистливые.
– А после того, как ты начала работать на «Ак Барс ТВ», много ли критики было?
– Конечно! Новый проект, новые люди. К новому тяжело привыкает зритель. Но всё же сейчас меньше, гораздо меньше критики. Кто-то ждёт от нас аналитики, кто-то шоу. Так вот, аналитики нет и не будет, её слишком много уже! У нас эксперт – это комментатор. Мы же с Махмудом – ведущие, которые беседуют с гостями на разные темы. Раскрываем их с другой стороны. Критика есть и будет всегда. Без неё никуда. Благодаря критике мы становимся лучшей версией себя. И программа тоже становится с каждым выпуском лучше.
Фото: Василий Иванов, БИЗНЕС Online
«В СЕМЬЕ ХОРОШО ОТРЕАГИРУЮТ, ЕСЛИ У МЕНЯ БУДЕТ РУССКИЙ МУЖ»
– Расскажи о детстве.
– Я родилась в посёлке Параньга, это на границе Татарстана и Марий Эл. Это такой татарский посёлок, и школа у меня была татарская. Папа с мамой развелись, когда мне было пять лет. В 14 лет моя мама переехала в Ненецкий автономный округ по работе. Меня просто поставили перед фактом, что буду жить с бабушкой и дядей, который мне заменил отца. В семье решили, что мне не стоит уезжать, так как я должна была окончить школу, музыкалку и кружок хореографии. Это был очень тяжёлый период, мне не хватало родителей. Бабушка, конечно, заменила мне родителей, но было сложно. У нас были строгие правила – нельзя домой приходить после 10-ти вечера, если я задержалась на пять минут, то ночевала у соседей. Воспитание было очень строгое.
– С папой не общаешься?
– Нет. Он нейрохирург, много лет в Африке проработал. Сейчас живет в Казани.
– Ни разу не пытался сообщить о себе?
– Нет.
– Ты говоришь, что ходила в татарскую школу. Получается, татарский язык твой родной?
– Да, дома мы разговариваем исключительно на татарском. Это такое правило в нашей семье. Бабушка даже обижается, если я с ней начинаю говорить по-русски.
– А если ты захочешь выйти замуж за русского? Как это воспримут в семье?
– Прекрасно. В моей семье говорят, чтобы главное было всё по любви и осознанный выбор. У меня перед глазами опыт моих родителей, и я тяжело пережила их развод. Я бы хотела все иначе.
– В Казани как оказалась?
– Хорошо сдала экзамены и поступила в КФУ на экономический факультет, причем на бюджетное отделение.
– Почему именно в КФУ?
– Был выбор между КГФЭИ и КГАСУ, но в Казани у меня не было жилья. Так что рассматривала вузы по качеству общежития. У КФУ есть деревня Универсиады, вот и выбрала этот универститет. Прожила там 2,5 года, а потом переехала в квартиру. Мама взяла ипотеку, и теперь мы вместе живём. Я полюбила Казань с первого дня.
– Ты вот отметила, что в семье примут любой твой выбор. Скажи, пожалуйста, а какой для тебя идеал мужчины?
– Умный, целеустремленный, со стержнем, знающий чего он хочет от жизни. Семейный, любящий и принимающий. У меня нет никаких предпочтений по внешности, телосложению, возрасту, национальности и так далее. Должна быть взаимная любовь, доверие, честность, взаимопонимание и уважение друг другу. Хочу жить счастливо с любимым человеком.

Источник: sport.business-gazeta.ru