«Это стоимость одной футбольной команды, чтобы перестроить весь сбор мусора в Казани!»

27.06.2018 11:20



Как Анатолий Фомин обошел молчанием МСЗ, а экоактивисты призвали наказать виновных в пожаре Орловской свалки
«Иногда кажется, что идет воздействие на общественное мнение с целью какого-то манипулирования», — рассуждали накануне в стенах Общественной палаты РТ и пеняли экоактивистам на плакаты с противогазами и фото с трубами и черным дымом. В ответ их оппоненты призывали посмотреть, что извергается из труб московского МСЗ №4, и спрашивали, какой мусор будут жечь под Казанью. Подробности заседания — в репортаже «БИЗНЕС Online».
Накануне в сумбурное противостояние общественности с инвестором мусоросжигательного завода в Зеленодольском районе, наконец, включилась Общественная палата РТ
МСЗ В ГЛАЗАХ ОП РТ: СЛОВО, КОТОРОЕ НЕЛЬЗЯ НАЗЫВАТЬ?
Накануне в сумбурное противостояние общественности с инвестором мусоросжигательного завода (МСЗ) в Зеленодольском районе, наконец, включился главный оплот гражданского общества в Татарстане — Общественная палата РТ (ОП РТ). Ее председатель Анатолий Фомин созвал во вторник все противоборствующие стороны, усилив их экспертами. Присутствовали также члены комиссии ОП РТ по экономическому развитию, инфраструктуре жизнедеятельности граждан. За всем происходящим из глубины зала осторожно наблюдал начальник президентского управления по взаимодействию с институтами гражданского общества Роман Беляков. В работе круглого стола приняли участие представители министерств и ведомств, причастных к теме обращения с отходами, научных и экспертных организаций, а также инвестора, собирающегося строить МСЗ в республике. Последние, к слову, несколько припозднились, но никто в этом не заметил ничего страшного.
Долгое время ОП держала обет молчания на тему МСЗ, что, собственно, в разговорах не раз вызывало нарекания со стороны общественности, и вот за два дня до публичных слушаний по оценке воздействия завода на окружающую среду все-таки решила вмешаться в нашумевшую проблему. По всей видимости, майский визит комиссии совета по правам человека при президенте РФ, заявившей об игнорировании руководством Общественной палаты круглых столов, организованных активистами, дал о себе знать! Впрочем, само слово «МСЗ» оказалось чем-то вроде Воландеморта — того самого персонажа сказки Джоан Роулинг, которого нельзя называть. Во всяком случае, сам Фомин это слово так и не произнес, хотя оно буквально витало в воздухе. В целом в программе заседания про сам МСЗ не было ни слова. Корреспонденту «БИЗНЕС Online» даже на первых порах показалось, что тему термического обезвреживания отходов вроде как и не собирались поднимать. Преподнесено это было через чуть более глобальную тему вопросов обращения с твердыми коммунальными отходами (ТКО) в РТ.
«Почему выбрана эта тема? Думаю, нет необходимости говорить об актуальности. Мы все видим, какие процессы идут в стране и республике. Мы знаем, что на уровне государства принята соответствующая программа по строительству всего комплекса оборудования для переработки отходов. Знаем, что и в Москве, и в Сочи, и у нас планируется соответствующую работу тоже провести, — открыл заседание Фомин. — Я хотел бы обратить внимание присутствующих: нужно не уклоняться от темы, а говорить именно о вопросах обращения ТКО в Татарстане. Общественная палата как общественное формирование не вправе (у нее нет таких компетенций и полномочий) указывать разработчикам, какую технологию применять, указывать местным и республиканским властям, где располагать те или иные объекты. Мы говорим об общей проблеме. Мы намерены обработать, сгруппировать критические высказывания, которые будут сказаны здесь, и донести до власти те мнения, которые будут озвучены на заседании».
Анатолий Фомин: «Те критические высказывания, которые будут сказаны здесь, мы намерены обработать, сгруппировать и донести до власти те мнения, которые будут озвучены на заседании» Анатолий Фомин: «Мы намерены обработать, сгруппировать критические высказывания, которые будут сказаны здесь, и донести до власти те мнения, которые будут озвучены на заседании»
Вести заседание Фомин на правах хозяина площадки не стал, а перекинул эту обязанность на председателя комиссии палаты по экономике и инфраструктуре Айрата Гимадутдинова
Тот, в отличие от своего начальства, смело начал говорить и про МСЗ, и про насущные проблемы в системе обращения с отходами. Во вступительном слове Гимадутдинов рассказал, что в стране накопилось порядка 100 млрд т бытовых и производственных отходов, а «это по площади примерно равно Нидерландам!». В среднем житель мегаполиса, по словам председателя комиссии палаты по экономике и инфраструктуре, производит в год сотни килограммов твердых коммунальных отходов. «Вопрос мусоросжигательного завода встроен в эту структуру. Очень много мнений, противоречивой информации. Иногда кажется, что идет воздействие на общественное мнение с целью какого-то манипулирования», — заявил модератор дискуссии, припоминая активистам «фото с трубами и черным дымом, картины и людей в противогазах». По его словам, он еще год назад с делегацией ездил в Москву и посещал один из мусоросжигательных заводов. Судя по описаниям Гимадутдинова, речь шла, видимо, о МСЗ №3: австрийские технологии, 350 тыс. т мусора, постоянная смена фильтров. «Он внешне похож на большую котельную или бойлерную. Там белый дым, который похож больше на пар. Мы ходили по цехам. Запахов никаких нет», — отметил модератор. Кстати, сами экоактивисты, побывавшие на заводе, в ответ на любые аргументы в итоге твердили лишь одно: «Не верим».
«Мы понимаем озабоченность населения. Наша цель — внести максимальную ясность со слов специалистов и экспертов, в том числе в отношении системы обращения ТКО и завода в частности», — заключил Гимадутдинов.
Айрат Гимадутдинов: «Мы понимаем озабоченность населения. Наша цель – внести максимальную ясность со слов специалистов и экспертов. В том числе в отношении системы обращения ТКО и завода в частности» Айрат Гимадутдинов: «Мы понимаем озабоченность населения. Наша цель — внести максимальную ясность со слов специалистов и экспертов, в том числе в отношении системы обращения ТКО и завода в частности»
«НАДО УХОДИТЬ ОТ ПОЛИГОННОЙ СИСТЕМЫ ЗАХОРОНЕНИЯ»
«В Татарстане ежегодно образуется около 10 миллионов тонн отходов», — стал первым выступающим начальник отдела обращения с отходами министерства строительства, архитектуры и ЖКХ РТ Рустем Богданов. Ему доверили ввести всех в курс темы обращения с ТКО. По его словам, в республике из 10 млн т отходов больше всего отходов сельского хозяйства — 5–6 млн, а бытовых — всего 1,6 млн тонн. «Мы видим, какая это незначительная часть. Но именно в ТКО возникает больше всего проблем», — подчеркнул Богданов.
Большая часть его доклада была посвящена экскурсу в историю мусорной реформы с 2014 года. Тогда вышел закон, предписывающий создание региональных операторов и формирование территориальных схем обращения с отходами. Но Татарстан с переходом к новой системе обращения с ТКО не спешил, собственно, как и сейчас. Закон вышел таким сложным, что его пришлось несколько раз переделывать. Не все вписались в эти сроки, в том числе и республика. Сейчас объявлен конкурсный отбор по восточной зоне деятельности регоператора. В ближайшее время состоится вскрытие конвертов с поступившими заявками. «Какие сложности были на пути? Первая терсхема по обращению с отходами была утверждена в 2016 году. Слишком мало времени было на разработку», — рассказал начальник отдела обращения с отходами. По его словам, работа по внесению изменений в терсхему со всеми замечаниями завершена. Ее также дополнили и электронной моделью. В новой терсхеме, как подчеркнул Богданов, императивом, а не рекомендацией является пункт про раздельное накопление и сбор ТКО.
Для работы новой системы обращения с ТКО нужна твердая нормативная база регионального уровня. Таковая, по словам чиновника, в республике есть. Остался только один пока не утвержденный документ — постановление премьер-министра РТ «Об утверждении правил осуществления деятельности региональных операторов по обращению с отходами».
«В Татарстане ежегодно образуется около 10 млн. тонн отходов», — стал первым выступающим Рустем Богданов «В Татарстане ежегодно образуется около 10 миллионов тонн отходов», — стал первым выступающим Рустем Богданов
Среди проблем обращения твердых коммунальных отходов в республике Богданов назвал неполный охват территории, низкую долю ТКО в процессе утилизации, низкие показатели экологической безопасности. В части последнего он припомнил свежий пример пожара на полигоне ТБО в Лаишевском районе. «Все это из-за того, что данные объекты в полной мере не соответствуют экологической безопасности, поэтому велик риск таких чрезвычайных внештатных ситуаций. Чтобы этого не было, надо уходить от полигонной системы захоронения», — заявил начальник отдела обращения с отходами министерства строительства, архитектуры и ЖКХ РТ, но тут же признал, что это вопрос не завтрашнего дня, а ближайших 10 лет. К 2035 году — это самый оптимистичный прогноз. В общем, никакой конкретики про болячки МСЗ.
Этой же стратегии решил придерживаться и следующий докладчик — первый заместитель министра экологии и природных ресурсов РТ Рустем Камалов. Он остановился на двух вещах: надзоре и взаимодействии с общественностью, но тоже без особой конкретики и негативных вещей. А в качестве положительного момента назвал то, что удалось наладить взаимодействие с инициативной группой. О какой группе шла речь, не сообщалось. Но, видимо, как раз-таки о противниках МСЗ. Особо Камалов подчеркнул, что минэкологии РТ находится в постоянном диалоге с АГК-2, которая уже купила участок в Осиновском муниципальном районе и заявила о намерениях строительства завода термической переработки отходов. 
Коллега Камалова, начальник отдела государственной экологической экспертизы и нормирования управления Росприроднадзора по РТ Елена Попова, несколько расширила постулаты как Богданова, так и представителя минэкологии РТ. По ее данным, за 2017 год практически 4 млн т отходов образуется только на предприятиях РТ. И это учитываются еще не все предприятия, а только те, которые сдают в Росприроднадзор отчеты. 50% отходов идет на утилизацию. А если речь идет о бытовом мусоре, то тут уровень утилизации в масштабах РТ гораздо ниже — 2–4%, не более того! Основная причина — нехватка сортировки: она есть разве что в Казани. В республике сегодня есть лишь четыре мусоросортировочные линии, но их мощностей недостаточно. Утилизацией и обезвреживанием отходов занимается около 60 предприятий, причем большинство из них утилизирует только собственные отходы. «Очень важно нам развивать собственные предприятия, которые будут заниматься утилизацией отходов. Но этого можно будет достичь, лишь если у нас будет организован раздельный сбор отходов», — подчеркнула Попова. Сегодня в республике 12 полигонов работает с превышением своей проектной мощности, добавила она. А трем уже и вовсе прекратили выдавать лимиты на размещение...
«Очень важно нам развивать собственные предприятия, которые будут заниматься утилизацией отходов. Но этого можно будет достичь, лишь если у нас будет организован раздельный сбор отходов», — подчеркнула Попова «Очень важно нам развивать собственные предприятия, которые будут заниматься утилизацией отходов. Но этого можно будет достичь, лишь если у нас будет организован раздельный сбор отходов», — подчеркнула Попова
«КОМПЛЕКСНАЯ ПЕРЕРАБОТКА МУСОРА НУЖНА! СОЗДАЙТЕ УСЛОВИЯ!»
Почти через 40 минут с начала дискуссии впервые сделали реверанс в сторону именно мусоросжигательного аспекта. Такую попытку предпринял вице-президент Академии наук РТ, директор ВНИИУС, доктор химических наук, академик АН РТ Ахмет Мазгаров. Ученый посетовал, что журналисты ему постоянно неправильно вопросы задают, путая понятия. «Будем комплексно перерабатывать! Эту мысль мы изначально упустили. Идеология заключается именно в этом, — заявил академик. — Вот Орловская свалка сегодня горит — идеальные условия для образования тех самых диоксинов, которыми нас пугают целый год уже. Вот сейчас они образуются уже, в огромных количествах. Температура — 600–700 градусов, и все летит на Казань». Собственно, примерно об этом он говорил и в интервью «БИЗНЕС Online», подчеркивая, что тот диоксиновый ужас, которым пугают население, вообще-то способен образовываться лишь от одного вида пластиков — поливинилхлоридов. И то если их жечь при низких температурах, как в костре. 
«Я каждый день вижу мусорные свалки в каждом дворе. Вот контейнеры ржавые, железные, маленькая крыша, туда даже подойти трудно», — решил заглянуть Мазгаров в корень беды. По его мнению, надо начинать с малого — с раздельного сбора мусора. Необходимо приучать людей к этому, а уже потом — ко всему остальному: туалетной бумаге из картона, белому дыму из заводской трубы под окном... В Германии, между прочим, стоят не мусорные баки, а функционируют современные комнаты для раздельного сбора мусора. «Это стоимость одной футбольной команды, чтобы перестроить весь сбор мусора в Казани! Миллионы, миллиарды тратим на возведение спортивных сооружений! Все нормально, считаем... А я думаю, что первейшее дело — раздельный сбор, сортировка и сжигание остатка мусора. Комплексная переработка мусора нужна! Создайте условия! Представьте, что в декабре — минус 40 градусов, темно, скользко... И тут хозяйка с этой сеткой идет в конец двора к маленьким ржавым ящикам... Да никто не будет ничего собирать!»
В подтверждение того, что великое начинается с малого, Мазгаров сообщил, что в Академии наук РТ уже давно собирают использованные батарейки и отдают их потом на утилизацию. А завершил академик свою речь тем, что не надо ждать прихода какого-то барина-регоператора, который все сделает сам. Республике нужно самой позаботиться о некоторых вещах, тем более деньги есть. А не хватит, так можно на спорте и сэкономить.
«Я каждый день вижу мусорные свалки в каждом дворе. Вот контейнеры ржавые, железные, маленькая крыша, туда даже подойти трудно», — решил заглянуть Ахмет Мазгаров (слева) в корень беды «Я каждый день вижу мусорные свалки в каждом дворе. Вот контейнеры ржавые, железные, маленькая крыша, туда даже подойти трудно», — решил заглянуть Ахмет Мазгаров (слева) в корень беды
«МОЖНО СКАЗАТЬ, ЧТО МЫ ОЧИЩАЕМ САМ ВОЗДУХ, КОТОРЫЙ НАХОДИТСЯ В ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЕ!»
Завсегдатаем подобных обсуждений темы МСЗ является замруководителя исполкома — председатель комитета ЖКХ Искандер Гиниятуллин, и этот раз не стал исключением. Ему также дали слово за круглым столом. Гиниятуллин напоминал, что у города теперь нет полномочий по обращению с отходами. «Мы уже полтора года занимаемся этими делами факультативно по доброй воле, не подкрепленной никаким финансированием и полномочиями», — подчеркнул городской чиновник. 
Он, как и прежде, отметил, что выступает за проекты по раздельному сбору мусора. В Казани действует программа поддержки малого и среднего бизнеса, в которой вопросы обращения с отходами выделены в особое приоритетное направление. Предпринимателям выделяется субсидия для возмещения кредитов. Благодаря этой поддержке в городе есть 41 точка по приему вторсырья, а всего подготовили 54 земельных участка по упрощенной схеме для установки контейнеров. Установлено почти 1,5 тыс. сеток для сбора ПЭТ-бутылок — «каждый третий двор!». Сейчас комитету еще выделены средства на приобретение 80 емкостей для сбора опасных отходов, которые поставят в городе. А в Авиастроительном районе, по его словам, сейчас активно отрабатывается комплексный раздельный сбор мусора.
Но все это не решает главной проблемы — отсортированный мусор все так же никому не нужен! Никто его не хочет перерабатывать. Вот сортировочная станция в поселке Левченко, куда ездили и противники МСЗ, сегодня вытаскивает из мусора около 10% вторичных фракций, а могла бы отбирать до 30%. Но рынка сбыта для этого мусора не то что в Татарстане, в России нет. Город в одиночку не решит данный вопрос. «Производство продукции из вторичного сырья экономически невыгодно бизнесу. Использование первичного сырья дешевле, — заметил Гиниятуллин, но охотно поделился рассказами о быте в своей семье. — Нам, чтобы внедрить раздельный сбор, потребовалось 15 минут. Мы сели дома и договорились, что пластик складываем сюда, пищевые отходы — сюда, бумагу — сюда, и все. Под раковину поставили три пакета и благополучно этим занимаемся. Сегодня благодаря прослушанным лекциям мы прекратили покупать в магазинах пластиковые пакеты».

На это одна из активисток движения против МСЗ в Татарстане, Вера Керпель, снимавшая происходящее на телефон, одобрительно улыбалась, кивала головой и поднимала большой палец вверх.
Рядом с Гиниятуллиным присели представители инвестора, одним из которых была уже известная в республике Елена Ямщикова — руководитель отдела экологии и охраны труда ООО «АГК-1», эколог проекта строительства МСЗ в Казани. На заседание в Общественной палате РТ она пришла вместе с замгендиректора по проектированию АГК-1 Дмитрием Беловым. Собственно, Ямщикова сразу передала тому слово, чтобы еще раз всем кратко напомнить о будущей мусоросжигательной печи. «Что представляет собой наш завод? По сути, это электростанция, работающая на твердом топливе, которым является мусор. Как уже было сказано до этого, мы собираемся перерабатывать только остатки после мусоропереработки, которую также планируется наладить в Татарстане. Запуск этих объектов планируется вместе с запуском нашего завода, — словно на одной волне с Гиниятуллиным был Белов. — Мы используем весь воздух для сжигания, забираем его в приемном бункере полностью. Таким образом, можно сказать, что мы очищаем сам воздух, который находится в окружающей среде!»
Последний пассаж вызвал невольную улыбку присутствовавших в зале противников МСЗ.
Мазгаров поинтересовался у Белова, сколько составит загруженность завода. Замгендиректора по проектированию АГК-1 ответил, что как минимум 60%, а если не удастся этого достичь, то они готовы отключить одну из двух линий, а также работать без турбин, то есть без выработки электроэнергии. Правда, это будет уж совсем экономически невыгодно. 
Тем временем «живая» дискуссия длилась уже примерно полтора часа. Подытожить разговор дали зампредседателя Общественной палаты РТ Муниру Гафиятуллину. «Вот Сингапур, центр города, иду по улице города с делегацией. Девочка стоит с шариком огромным. В один прекрасный момент этот шарик лопается, его кусочки резины разбросало по асфальту. Меня удивило, что девочка аккуратно собрала все эти отходы, прижала к своей груди и держит. А ей 3–4 года! Мама разговаривает по телефону. То есть ей даже никто не сказал, что его надо собирать. Она на автомате это сделала! Второе, что хотел бы отметить, — в Сингапуре практически нет урн», — делился своим опытом общественник. То же самое в красках он рассказал и про Европу, и про США. Но так, лишь ознакомления ради. «Предлагаю более конкретно работать. Нужны практические дела. Надо работать всем и начинать с малого, что возможно сегодня», — заявил председатель комитета Госсовета по экологии, природопользованию, агропромышленной и продовольственной политике Тахир Хадеев.

«ЖИТЕЛИ НАПИСАЛИ БОЛЬШОЕ КОЛИЧЕСТВО БЛАГОДАРСТВЕННЫХ ПИСЕМ...»
На сессии вопросов в зале поднялась лишь одна рука — той самой Керпель, которой на выступление отмерили поначалу лишь 2 минуты. «Спасибо, что пригласили сюда. Пригласили только вчера в качестве слушателя, сказали, что больше, к сожалению, никого от нашего движения пригласить больше не могут, потому что мест нет. Но это так, к слову», — начала она. 
Керпель сделала участникам круглого стола несколько замечаний. Первое из них — тон самого разговора, который несравним с беседами на московском экологическом форуме «Сохраним природу вместе». Там-то все категорически выступали против любого сжигания мусора. «Я бы хотела просто отметить разницу того, о чем говорят там, и того, о чем мы говорим здесь», — объяснила активистка. Причем тут московский форум, было не совсем ясно, все-таки форматы изначально разные. 
Следующее замечание было адресовано Богданову, который утверждал, что терсхема обращения отходов принята и нарушений нет. Керпель напомнила, что ее движением подан иск в суд по этому поводу. А возгорание на свалке в Лаишевском районе и вовсе было удостоено отдельного внимания. «Я не услышала того, что люди, которые виновны в возгорании, должны быть наказаны. Я услышала только то, что сейчас полигоны не соответствуют требованиям экологической безопасности. Но это звучит так, как будто это нормально и мы принимаем данную ситуацию. Но, простите, пожар на любой свалке — это авария! И она должна быть устранена в кратчайшие сроки, виновные должны быть наказаны, ущерб должен быть возмещен. То, как мы говорим, что 10–15 ближайших лет все так же будет продолжаться... Это нормально? Мне почему-то кажется, что нет», — заявила Керпель. Она также попросила участников в интернете посмотреть видео — про совсем не белый пар из труб московского МСЗ №4, а после этого обратилась к Богданову с вопросом о том, что конкретно собираются сжигать на татарстанском предприятии.

«Не все мусоросжигательные заводы соответствуют требованиям экологической безопасности. В интервью я говорил, что к заводам последнего поколения относится только завод №3, — возразил Богданов, попросив активистку не путать разные предприятия. — Жители написали большое количество благодарственных писем после того, как была проведена генеральная реконструкция третьего завода». А то, что есть проблемы с МСЗ №4, не сенсация и не новость, никто не скрывает этого. И не раз он закрывался, заметил начальник отдела обращения с отходами министерства строительства, архитектуры и ЖКХ РТ. Но на вопрос про морфологию отходов он так и не ответил, отчего Керпель пришлось заходить со второй попытки. На подмогу пришла Ямщикова, которая рекомендовала обратиться к разъяснительному письму Росприроднадзора. По ее словам, там все эти отходы расписаны на полутора страницах. К слову, ранее в интервью «БИЗНЕС Online» главный эколог АГК-1 говорила, что на протяжении четырех сезонов в Казани вели изучение морфологии отходов. 
«Мы уважаем ваше мнение, — вмешался уже под конец Гимадутдинов. — Как вы заметили, члены Общественной палаты не высказываются за или против. Мы изначально объяснили, что цель нашего заседания — внести ясность. Мы благодарны вам за то, что вы действуете в правовом поле. Выражаю уверенность, что вы добьетесь справедливости». В ответ на это Керпель компромиссно заявила: «Я хочу обратить внимание: ни разу не упоминалось, что надо сокращать количество отходов... Хотелось бы внести в резолюцию предложение о том, что мы должны предпринимать меры по снижению их количества».
«Здесь можно наблюдать только один конфликт — это конфликт недоверия, — решил не оставаться в стороне руководитель русского географического общества в РТ Дмитрий Шиллер. — То есть разница в вашем взгляде и в том, что говорят ваши оппоненты. И этот конфликт недоверия, на мой взгляд, может решиться только с вашей помощью, Дмитрий Петрович [Белов]. Вы должны все-таки как-то перейти и разговаривать с людьми на их языке, чтобы они завтра не стояли рядом с вашим заводом с плакатами».
Уже после того, как все разошлись, сам Белов заверил корреспондента «БИЗНЕС Online», что он и его команда — сама открытость. Что ж, предстоящие публичные слушания снова покажут, какого градуса достиг накал протеста. 

Источник: www.business-gazeta.ru