Врач о ветеране, взорвавшем дом: «Родственники не хотели за ним ухаживать, хотели избавиться!»

2.04.2021 00:06



53-летнюю Наталью Евдокимову привели сегодня в Зеленодольский городской суд в наручниках. Она пока единственный фигурант дела о взрыве в многоэтажке, который унес жизни двух человекФото: Евгений Жура
По словам врача, родственники вели себя агрессивно и громко настаивали на госпитализации их деда. Сам Тимохин, как заметила Евдокимова, выглядел неопрятно, «как будто бы за ним вообще никто не ухаживал» По словам врача, родственники вели себя агрессивно и громко настаивали на госпитализации их деда. Сам Тимохин, как заметила Евдокимова, выглядел неопрятно, «как будто бы за ним вообще никто не ухаживал»
Адвокат Павел Мазуренко также предоставил суду благодарственные письма, адресованные его подзащитной. Большинство из них — от обществ излечившихся у нее алкоголиков и наркоманов Адвокат Павел Мазуренко также предоставил суду благодарственные письма, адресованные его подзащитной. Большинство из них — от обществ излечившихся у нее алкоголиков и наркоманов Фото: Станислав Шемелов
Фото: Евгений Жура
  • #Взрыв в Зеленодольске
  • #Криминал
  • #Происшествия
  • #Здравоохранение
Женщине-наркологу, отказавшейся отправлять деда в психушку, грозит 7 лет
«Такие случаи происходят постоянно!» — рассказывала врач-нарколог Наталья Евдокимова сегодня в Зеленодольском горсуде о попытках горе-родственников заключить своих престарелых близких в психдиспансер. Женщину подозревают в халатности: якобы по ее вине 87-летний Михаил Тимохин взорвал свою квартиру, отчего погиб сам, а позже — и его соседка. О чем еще из судебного аквариума говорила врач, которую доставили в суд в наручниках как опасного преступника, — в репортаже «БИЗНЕС Online».

«Родственники указывали, что он грозил совершить суицид»

53-летнюю Наталью Евдокимову привели сегодня в Зеленодольский городской суд в наручниках. Она пока единственный фигурант дела о взрыве в многоэтажке, который унес жизни двух человек. По версии следствия, женщина незаконно отказалась госпитализировать в психдиспансер 87-летнего Михаила Тимохина, который спустя четыре часа выкрутил форсунки газовой плиты.
Взрыв в доме на улице Ленина, 39а в Зеленодольске произошел поздно вечером 29 марта. В квартире №38, расположенной на 7-м этаже 9-этажки, взорвался газ. Хозяин квартиры погиб. В результате обвалилось 6 соседних квартир, еще одна квартира сверху буквально провалилась. «Наша квартира сильно пострадала, как будто бомбу взорвали. Вышибло входную дверь, внутри все разрушено, а там, где был взрыв, потолка нет», — описывали жильцы дома последствия ЧП.
Взрывная волна оказалась такой силы, что осколки разлетелись в радиусе 20 м как в сторону улицы Ленина, так и во двор. На место стянулись все экстренные службы, а также руководители силовых ведомств и городские власти. После взрыва около 15 жильцов временно разместили в местном санатории, остальные поехали к родственникам. В результате ЧП пострадали 7 человек, пятерых доставили в больницу. На следующий день одна из пострадавших, 70-летняя женщина, скончалась в реанимации.
Евдокимову, которая возглавляет отделение медико-социальной реабилитации Зеленодольского психоневрологического диспансера РКПБ им. Бехтерева, задержали меньше чем через сутки после трагедии. До сегодняшнего утра она находилась в ИВС. В зале суда подозреваемая сторонилась камер и выглядела очень растерянной. Будучи в наручниках, она робко спрашивала у конвоиров, куда ей зайти и куда сесть. Для медика отвели место в стеклянном аквариуме, как особо опасному преступнику. Для сравнения: когда суд в Казани избирал меру пресечения для «смотрящего по Татарстану» Нейдера, его усаживали на скамейку рядом с адвокатом.

Дальше все по протоколу — судья установил личность подозреваемой. Она рассказала, что работает завотделением психдиспансера, живет в Волжске в частном доме, разведена, есть взрослый сын. К зданию суда приехала сестра Евдокимовой, которая также работает врачом. По словам адвоката подозреваемой Павла Мазуренко, она присутствует на тот случай, если что-то произойдет со здоровьем.
Евдокимова с трудом слышала судью. Она пожаловалась на проблемы со слухом, соответствующий диагноз ей поставили достаточно давно. Поэтому весь процесс женщина провела, примкнув ухом к щели в аквариуме, чтобы понимать, что про нее говорят.
Следователь Артур Юрасов в своем выступлении пересказал фабулу дела. Обвинение Евдокимовой, к слову, до сих пор не предъявили. По словам спикера, незадолго до взрыва газа в доме на улице Ленина родственники привезли в диспансер Тимохина. Из их показаний следует, что он вел себя неадекватно, пил и угрожал взорвать газ. Поэтому его и доставили в психиатрию. Однако, не найдя достаточных причин для принудительной госпитализации, врачи отпустили пенсионера домой, где потом и случилась трагедия.
«Родственники указывали, что он грозил совершить суицид», — добавил следователь. Он просил заключить Евдокимову под домашний арест.

Версия врача: «Создалось впечатление, что за ним не хотели ухаживать…»

Сама Евдокимова и ее адвокат версию следствия опровергали. Врач не согласилась с тем, что намеренно отказалась госпитализировать пенсионера. По ее словам, родственники вели себя агрессивно и громко настаивали на госпитализации их деда. Сам Тимохин, как заметила подозреваемая, выглядел неопрятно, «как будто бы за ним вообще никто не ухаживал». Сама она видела мужчину впервые, до этого с ним знакома не была.
«Ни по поведению самого дедушки, ни по его высказываниям не было видно, что он готов на самоубийство или что он настроен агрессивно. Он был спокоен и благодушен», — отзывалась о погибшем Тимохине врач Евдокимова.
Тимохин Михаил Иванович родился в 1934 году, он инвалид третьей группы. В 22 года отправился на службу в Будапешт, где участвовал в подавлении Венгерского восстания. После службы Тимохин приехал в Зеленодольск и устроился судосборщиком на завод им. Горького. Здесь же работала его супруга Нина. Отработав 43 года, мужчина ушел на пенсию, но регулярно появлялся на предприятии, принимая приглашения на День Победы и День защитника Отечества, — участники венгерских событий 1956 года в России приравнены к ветеранам боевых действий. По словам соседей, Михаила Ивановича навещал только внук со стороны сына.
Однако, по словам фигурантки, родственники не переставали громко требовать, чтобы их деда положили на койку. «Учитывая внешние признаки алкогольного опьянения, неопрятный вид, создалось впечатление, что родственники просто не хотели за ним ухаживать и желали избавиться. Никто о запахе газа или попытках суицида мне не говорил», — рассказывала врач.
Она добавила, что следовала всем инструкциям и приказам. Кроме того, подчеркнула, что Тимохин от госпитализации отказывался, а без его согласия это сделать было крайне сложно. А признаков того, что пенсионеру необходимо принудительное лечение, специалист не увидела.
Немного отойдя от сути дела, Евдокимова рассказала, что хочет продолжать работать. По ее словам, без нее в диспансере врачи могут не справиться. Сейчас там жесткий некомплект — работают всего 12 специалистов, причем некоторые из них находятся на больничном.
«Я бы, конечно, продолжила работать. У нас не все врачи способны это делать. У нас нехватка врачей. Я очень сожалею об этой трагедии», — произнесла Евдокимова.

«За все годы проявила себя как настоящий опытный врач»

Во время паузы в судебном заседании подозреваемая рассказала корреспонденту «БИЗНЕС Online», что подобные случаи, когда родственники пытаются сдать своего пожилого родителя в диспансер, происходят в Зеленодольске постоянно. 6 марта, по словам медика, к ней привезли бабушку. Ситуация была идентична случаю с Тимохиным: родственники агрессивно настаивали на том, что человек болен, что он постоянно открывает газ и т. д. Поводов для госпитализации тогда, как и сейчас, не обнаружилось. По словам Евдокимовой, за такими пенсионерами попросту не ухаживает и не следит их родня.
В суде также зачитали характеристику, которую подозреваемой дал ее непосредственный начальник, главврач диспансера. Из его письма следовало, что врач трудилась в учреждении с 1996 года сначала фельдшером скорой помощи, а затем, с 1998-го, — врачом-специалистом. За все эти годы она проявила себя как настоящий опытный врач, ее всегда благодарили пациенты, подчеркивал начальник Евдокимовой.
Адвокат Мазуренко также предоставил суду благодарственные письма, адресованные его подзащитной. Большинство из них — от излечившихся у нее алкоголиков и наркоманов. По словам женщины, именно ее усилиями в городе появился стационар для таких людей в 2014 году. Ранее их возили в Казань.
По преступлению, в котором подозревают Евдокимову, ей грозит до 7 лет лишения свободы. Следователь, прося для нее домашний арест, заявил, что среди свидетелей — сотрудники диспансера, которые находятся в подчинении врача. Поэтому на свободе она может на них оказать давление и уничтожить доказательства. Старший помощник Зеленодольского городского прокурора Эдуард Миннигалеев ходатайство поддержал. Адвокат Евдокимовой, в свою очередь, просил избрать для нее более мягкую меру пресечения. Суд, выслушав мнения сторон, решил — отправить под домашний арест до 30 мая.

Как жил Тимохин и какие поручения после взрыва дал Бастрыкин

Напомним, после разрушительного взрыва в квартире, где жил 87-летний Тимохин, сразу же поползли слухи, что мужчина специально открыл газ. Эту версию подтвердил следственный комитет. Сначала СУ СКР по РТ возбудило уголовное дело о причинении смерти по неосторожности (ст. 109 УК РФ), а после к нему добавилось еще два — «Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности» (ст. 118 УК РФ) и «Халатность» (ст. 293 УК РФ). По предварительной версии, которой придерживается следствие, Тимохин до предела выкрутил все форсунки своей газовой плиты, после чего квартира заполнилась газом и произошел взрыв.
Как выяснилось, в день трагедии родственники пенсионера привозили его в Зеленодольский психоневрологический диспансер. Они пожаловались, что Тимохин «злоупотребляет алкоголем, ведет себя неадекватно, угрожает уничтожить квартиру», указали в СКР. Но сотрудники учреждения отказались его госпитализировать. И родственники вернули мужчину обратно в квартиру, где уже через несколько часов произошел взрыв. Соседи пенсионера рассказали, что повод горевать у него был: несколько лет назад он похоронил сына, а в феврале у него умерла жена.

Впрочем, никаких странностей жильцы за Тимохиным не замечали. «Он нормальным мужчиной был, тихим. Ну выпивал немножко…» — говорил о «дяде Мише» его сосед Юрий. Другой жилец дома, Валерий, не понимал, что могло пенсионера толкнуть на такой шаг. «Я не знаю, что с ним случилось. Удивительно, что люди говорят [про самоубийство], что у него крыша съехала. Я не замечал этого. C соседями он нормально общался», — недоумевал собеседник.
На инцидент обратил особое внимание председатель СКР Александр Бастрыкин. Он поручил своим подчиненным «вновь обратить внимание на проблемы совершения общественно опасных деяний лицами, страдающими психическими заболеваниями». Кроме того, поручил изучить, какие предложения можно внести об изменении порядка принудительного лечения. Лично главу СУ СКР по РТ Валерия Липского Бастрыкин попросил проанализировать практику принудительного лечения в Татарстане, комплексно оценив проблему.
Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter

Источник: www.business-gazeta.ru